Раф Симонс и Стерлинг Руби о дружбе, модной молодежи и журналистике

Говоря о синтезе моды и искусства, нельзя не упомянуть Рафа Симонса и Стерлинга Руби. Над чем только они не работали: знаменитый дизайнер на посту креативного директора Calvin Klein и современный художник из Лос-Анджелеса выпустили совместную коллекцию, в прошлом году Руби оформил флагман Calvin Klein в Нью-Йорке, а в этом — главный магазин бренда в Париже, и это не все. За последние 10 лет отношения Руби и Симонса вышли за рамки обычного сотрудничества дизайнера и художника, превратившись в настоящую дружбу, которая стала отражением истинного единства их творчества.

На прошлой неделе друзья приняли участие в дискуссии “Rouse Visiting Artist”, прошедшей в Гарвардской высшей школе дизайна. Читайте ниже самые интересные моменты из их разговора.

О решении работать вместе:

Руби: “Между нами завязалась дружба, у нас были похожие представления о том, что сейчас актуально. Мне кажется, мы оба стали замечать, как люди, пытавшиеся  объединить моду и искусство… делали это без особого успеха”.

Симонс: “Как правило, это просто бизнес-решение. Бывает, что что-то действительно вызывает интерес дизайнера к художнику, но в целом при таком сотрудничестве преследуется лишь одна цель — продать. Но я не думаю, что у нас было нечто подобное… В самом начале нашей работы я чувствовал, как Руби создал определенную атмосферу. Я говорю не про скульптуры, картины или коллажи —  я имею в виду окружающую среду, отношение, уникальный взгляд на суть всего творчества”.

О низкотехнологичных способах общения:

Руби: “Каждый, кто смотрел “Диор и я”, помнит тот момент, когда Раф фотографирует платье… Не знаю, заметили ли вы, но он использовал старый телефон-раскладушку. Мы обменивались идеями любыми способами, используя FedEx, WhatsApp, SMS, электронную почту. Некоторые средства далеки от современных технологий: кто-то из нас мог распечатать что-нибудь, послать другому с помощью FedEx и на следующий день получить снимок с первоначальной распечаткой, обернутой вокруг модели”.

О сотрудничестве и самостоятельной работе:

Симонс: “Я свято верю в коллаборацию. Звучит пафосно, но у меня есть великолепные задумки, которыми я делюсь с теми, кем восхищаюсь. Тогда идеи становятся еще более прекрасными. Если мы любим одно и то же, это гораздо лучше, если бы я любил это что-то один”.

Руби: “Я, напротив, не любитель коллабораций. Я бы вообще ни с кем не сотрудничал, не случись эта история с Рафом, когда я знал, что мы находимся на одной волне и думаем об одном и том же. У меня довольно большая студия и много инструментов для работы, но по сути это пространство предназначено для того, чтобы в нем творил я. Когда я начал сотрудничать с Рафом, у меня не было чувства, что это коллаборация. Я видел в этом продолжение нашей дружбы и доверия друг к другу”.

О том, как Стерлинг Руби пришел в мир моды:

“У меня было много сомнений, но колебался не я, а люди вокруг меня. Арт-дилеры говорили мне: “Это плохая идея. Не делай этого”. Я создавал одежду и прежде, но никогда не думал об этом всерьез. Но со временем я пришел в отчаяние от того, во что превратилось искусство. Если мода давно превратилась в товар, то в тот момент товаром стало искусство”.

Об изменениях в модной журналистике:

Симонс: “Мне бы хотелось, чтобы критических статей стало больше. Хочу, хочу, хочу”.

Руби: “Вспомним Кэти Хорин и Роберту Смит. Они обе потрясающие, Кэти пишет прекрасные критические статьи. Сейчас и в искусстве, и в моде не хватает людей, которые могли бы писать аналитические материалы, обличая происходящее и предлагая критику — в наши дни этого гораздо меньше, чем раньше”.

Стерлинг Руби о новой должности Верджила Абло в Louis Vuitton и отношении молодежи к моде:

“В наши дни одна из важных тем, если проводить что-то вроде поведенческого анализа — это то, как люди хотят выглядеть на публике. Мне казалось, это черта имела место быть только в высокой моде, но каким-то образом она перекочевала от старшего поколения к младшему.

Молодое поколение — по крайней мере, каким вижу его я — хочет носить уникальные вещи, оно хочет качественную одежду, выполненную из хороших материалов. А также такие вещи, которые сочетают в себе несколько стилей и форм, как бы давая владельцу больше свободы. Это совсем не похоже на то, как люди носят платья от Chloé.

Думая о современности, я не могу не выделить такой феномен, как Grailed — площадка, которая позволяет людям покупать и продавать одежду. Молодежь рассматривает Grailed с точки зрения коллекционирования. “Какие вещи у тебя есть? О боже, я обменяю это на это”. И мне это очень нравится.

Я не то что бы намекаю на Верджила, но его приход в Louis Vuitton подразумевает, что люксовые бренды хотели бы иметь доступ к чему-то подобному”.

Источник