Nike Air Max 1/97 SW: идеальный гибрид двух культовых моделей

В марте прошлого года Nike запустили масштабную программу Vote Forward: 12 RevolutionAIRS. В кампании, как следует из названия, приняли участие 12 дизайнеров из 12 мировых столиц. Их задача была и одновременно простой и неимоверно сложной: создать свою пару Nike Air Max.

Участники выдали 12 абсолютно не похожих друг на друга моделей. Здесь было все: от классических силуэтов в новых расцветках до невероятных гибридов.
В сегодняшнем материале речь пойдет о модели-победителе, созданной Шоном Уотерспуном, а именно Nike Air Max 1/97.

Чтобы понять всю суть этой модели, всю идею и креатив, которую команда Шона заложила в создание 1/97, нам необходимо пройти небольшое погружение в богатую 30-летнюю историю Air Max, начав с модели Air Max 1.

Давайте переместимся в 1987 год, в Париж. Если точнее, нам нужен квартал Бобур, расположенный между Лель-Ар и Маре. Среди типичных французских домиков 19 века с маленькими окнами и неоготическими фасадами возвышается он – огромный и непонятный Центр Помпиду. Названное в честь президента Пятой Республики, творение команды Ренцо Пиано было призвано стать центром культуры и современного искусства.

Опережая свое время, Центр Помпиду поражал необычным подходом к архитектурным решениям. Все внутренние коммуникации комплекса были вывернуты наружу: вот видно систему вентиляции, чуть левее ползут вверх-вниз лифты, а справа медленно поднимается эскалатор. Яркая же раскраска здания резко контрастирует с пастельными тонами фасадов окружающих сооружений.

Именно эти моменты и буйство неординарного так поразили воображение Тинкера Хэтфилда, ныне легенды компании Nike, а в 1987 занимавшего должность промышленного архитектора.

“Я пришел в Nike в 1981 году и проектировал различные здания: от заводов до шоурумов. Всегда считал архитектуру подходящей для меня профессией, ведь именно в ней я видел уникальное сочетание искусства и науки.”

В 1987 перед Тинкером ставят необычную для него задачу – создать дизайн новой модели кроссовок. Думать долго не пришлось, архитектор моментально взялся за работу и начал выдавать эскизы и идеи в бешеном ритме. И вот в один прекрасный день его осеняет идея: показать людям “воздух”.

“Что бы вы не проектировали и рисовали, вы всегда закладываете в творение весь свой визуальный опыт, всё, что вас когда-то впечатлило. Незадолго до этого я был в Париже и, конечно же, посетил Центр Помпиду. Многие воспринимали такое проявление нестандартного урбанизма как нечто плохое, мне же все понравилось до жути. Если бы не здание Центра, я бы ни за что не догадался сделать “окно” в подошве.”

Так как же показать покупателям тот самый “воздух”? Как вытащить баллоны из оков полиуретановой подошвы? Пришлось потратить уйму времени, чтобы сделать заднюю часть баллона шире. Такой вариант не был возможен при закрытом типе подошвы, потому что создавал бы излишнюю жесткость. Соответственно, “окно” стало не только дизайнерским, но и техническим решением, сохранившим свойства обуви и наконец наглядно объяснившим покупателям значение “Air” в названии модели.

Можно рассказать не менее увлекательную историю о двояком отношении общественности того времени к инновациям Air Max 1 и обо всем скепсисе, окружавшем «видимый воздух». Одно можно сказать уверенно, модель доказала свою состоятельность, пережив проверку временем — силуэт не только перевернул игру, но и остался актуальным спустя 30 лет. Положив начало целой эпохе «видимого воздуха», Тинкер Хэтфилд перестаёт заниматься архитектурой и направляет весь свой талант в кроссовки.

Перенесемся в осень 1997 года. На полках магазинов на очень короткий период появляется один сам узнаваемых силуэтов линейки — серебристые Nike Air Max 97. Модель продержится до весны, когда Nike в погоне за прибылью заменит ее уже на Air Max 98.

Раскрыть суть кроссовок часто помогает общение с их создателями. Очень важно понять, чем вдохновлялся дизайнер и что хотел передать. В этом плане Кристиан Трэссер — полная противоположность Тинкера.

«Я бы не сказал, что создание 97-ых предопределило мою карьеру дизайнера. На момент их создания я работал в компании всего лишь полтора года. Конечно, очень круто, что мне на таком раннем этапе доверили такой серьезный проект, но я как-то больше тяготел к футбольным проектам, как это было в Reebok”.

Так чем же объясняется популярность AM 97? Как и 10 лет назад, мы получаем не просто новый, но и футуристиный дизайн. Первый момент — огромная «воздушная подушка», которую можно увидеть с любого ракурса, она впервые полностью покрывает подошву кроссовка – от носка до пятки.
Второй момент — верх кроссовка с закрытой системой шнуровки и тремя «волнами». Как и на 95-х, место большого свуша занял маленький. Многие потом скажут: Nike вдохновились японскими скоростными поездами, а кроссовки получают народное название «Silver Bullet».

“Нет, конечно, какие поезда? Я всегда ищу вдохновение в природе. Не в работах других дизайнеров или архитекторов, а именно в природе. Представьте, как капля воды падает в пруд и от неё расходятся волны — вот на что похож верх кроссовка. Цвет? Горные байки. Не скажу, что я много катался, но именно металл в этих байках мне очень понравился. Вот и все”.

Две разные истории, правда? Тинкер, который начал свою карьеру дизайнера с инновации и Кристиан, для которого АМ 97 стала всего лишь одной из многих: “У меня даже нет 97-ых… А, нет! Всё-таки одна пара есть, но не OG модель, даже не знаю какого года перевыпуска”.

Возвращаемся в 2017 год. Наш следующий (и, наверное, главный) герой точно знает, какие модели и в каком количестве имеются в его коллекции. Шон Уотерспун начинал как коллекционер винтажной одежды и обуви, но потом открыл свой уникальный маркетплейс – roundtwo.

“Здесь можно и продавать, и покупать обувь и одежду. Можно найти практически все: как свежие лимитированные релизы, так и кроссовки 20-летней давности. Мы хотим, чтобы каждый покупатель нашёл что-то для себя.“

Честно говоря, именно Шон кажется самым подходящим конкурсантом из всей дюжины участников. Трудно переоценить его веру и любовь к коммьюнити, которое, как он считает, движет всей культурой. Именно невозможность представить себя вне круга друзей заставила Шона подключить к работе над парой своих “хоуми”.

“Я очень рад, что Nike не только не были против, но и поощрили мое желание подключить свою команду, ведь без этих ребят результат был бы абсолютно другим. Возможно, я бы не выиграл”.

Единственный момент, в котором Шон был уверен с самого начала – он хочет сделать гибрид Air Max 1 и Air Max 97. Как и многие коллекционеры и сникерхеды, именно эти модели он считает самыми значимыми в тридцатилетней истории “видимого воздуха”. Но просто обойтись банальной заменой подошвы было нельзя, надо придумать что-то совершенно новое.

Этим новшеством стал материал верха – корд. Nike раньше использовали огромное множество тканей, включая деним, вельвет или замшу, но никогда на моделях компании не появлялся именно корд. Еще одно преимущество верха 97-х, которое следует напрямую из дизайна – огромные возможности для градиентной раскраски.

“Мы не сразу подобрали цвета. И, как вы можете видеть, финальный вариант немного отличается от того, что мы представили на конкурс. В начале вообще были два монотонных сэмпла. Но не использовать такую явную возможность 97-х было бы преступлением.”

“Меня часто спрашивают, что значат цвета, тогда я всегда начинаю говорить: желтый значит солнце, коричневый это прибрежные пляжи, розовый это закат, а синий – море. Но, честно говоря, они ничего не значат. Каждый может придумать для себя свою историю.”

Еще одно новшество – липучки на язычках. По замыслу команды Шона, этот элемент призван добавить что-то личное для каждого покупателя, потому что любой обладатель обладатель кроссовок может достаточно легко сделать свои (с именем или значком). Изначально на парах прикреплен Свуш, но затем дизайнеры добавили еще значки с “большой волной в Канагаве”. Еще одна маленькая, но очень уникальная деталь – улыбающийся свуш на стельке. Стелька, кстати, сделана из велюра, как и вся внутренняя часть кроссовка.

Другие особенности модели – два маленьких свуша и цветная подошва. Если же экспериментов со свушем в истории компании можно насчитать бесконечное множество, то цветная подошва для Air Max 1 — достаточно редкое явление.

Не забывает Шон и о своих корнях. Надпись на заднике рассказывает о важном этапе его жизненного пути: переезде из Вирджинии в Калифорнию.

Суммируя все вышесказанное, мы получаем множество обстоятельств и людей, которые в разное время оказали огромное влияние на Nike. Подумайте сами, насколько у каждого из них разное отношение к созданным им моделям. Тинкер, специалист вообще другой области, попробовавший себя в дизайне кроссовок впервые, Трэссер, больше любивший именно футбольную обувь, и, наконец, Шон.

Наверное, никто из этой троицы так трепетно не относился к своему творению, как Уотерспун. Ведь именно для него участие в таком масштабном проекте с любимым брендом было единственным в жизни шансом, который упустить нельзя. Надо сказать, что Шон использовал его на 100%. Удивительна скромность дизайнера: даже вложив столько энергии и сил в 1/97, он все равно благодарит именно коммьюнити и компанию Nike, без которых считает свое достижение невозможным.

В коробках всех Nike Air Max 1/97 находится послание от Шона: “Чем больше вы их носите, тем лучше они становятся.”